Нью-Йорк идёт в баню: почему парная стала местом модной съёмки
Наше внимание привлек недавно вышедший материал в издании The Cut, который посвящен моде в бане. Казалось бы, странное сочетание: русская баня, селебрити, мода, большая съемочная команда. Почему модное издание отправляет героев съёмки в общественную баню? Здесь есть всё, что делает историю интересной: выразительное пространство, люди из разных кругов и традиция, которая продолжает жить внутри большого города. Для проекта The Cut фотограф Райан Макгинли снял посетителей Russian & Turkish Baths в нью-йоркском Ист-Вилладж. Среди героев — певец Трой Сиван, писатель Марлон Джеймс и художник Франческо Клементе, который ходил сюда ещё в 1980-х вместе с Жан-Мишелем Баския.
В бане привычные правила модного портрета меняются. Одежды становится меньше, а внимание к человеку — острее. Значение приобретают положение тела, выражение лица, настроение. Знаменитость оказывается в обстановке, знакомой остальным посетителям: тот же жар, та же вода, те же скамьи. Это даёт фотографии особую близость — зритель видит человека за пределами красной дорожки или сцены. Мы из уважения к авторскому праву публиковать снимки не будем, но вы можете посмотреть съемку по ссылке.
Историческое место добавляет съёмке глубину, которую сложно создать декорациями. У Russian & Turkish Baths есть собственная биография, постоянные гости и память о нескольких поколениях ньюйоркцев. Участие Клементе связывает сегодняшний проект с художественной жизнью города сорокалетней давности. Баня становится частью рассказа о том, как люди, привычки и места переживают смену эпох.
Именно это нас и заинтересовало. Мы рассказываем о банях через парение, атмосферу и людей, которые создают их характер. История The Cut показывает, насколько широким может быть этот разговор. Баня способна стать местом встреч, частью личной биографии и предметом интереса модного издания. А съёмка помогает увидеть знакомую традицию глазами тех, кто, возможно, ещё ни разу не заходил в парную.
Русский пар в Ист-Вилладж
Russian & Turkish Baths начали свою историю с 1892 года. Здесь можно получить заветные контрасты, заказать парение дубовыми вениками, поесть борщ и отдохнуть на крыше. Такой набор легко представить и в российской бане, — вот он феномен культурного обмена.
Для модной съёмки эта обстановка особенно выразительна. Обыденное для постоянного посетителя пространство становится неожиданным для читателя журнала. При этом интерес вызывает сама банная жизнь: люди приходят сюда со своими привычками, занимают любимые места, встречают знакомых. Фотография сохраняет отдельный момент этой общей истории.
Сколько бань в Нью-Йорке?
Мы задумались, насколько популярен формат в мультикультурном Нью-Йорке? По каталогу Dip Days можно насчитать как минимум 15 отдельных банных, саунных и термальных пространств в пределах города. Это не совсем точные цифры и речь идёт о разных форматах, включая русские бани, сауны и комплексы с бассейнами и холодными купелями. Среди них — Russian & Turkish Baths, Mermaid Spa, World Spa, Bathhouse и Othership.
За что воюют нью-йоркские сауны
Вы удивитесь, но популярность бань наблюдается не только в России. Этот интерес заметила и редакция Vanity Fair. В статье издание рассказывает о банном буме и конкуренции за посетителей. Рядом с историческими заведениями появляются проекты, соединяющие парные и холодные купели с музыкой, групповыми практиками и общением. Поход в баню становится самостоятельным городским досугом.
За ростом рынка стоит интерес к восстановлению и совместному отдыху. Банные комплексы конкурируют между собой и с дорогими wellness-клубами, вкладываются в оформление и программы.«Саунные войны» в заголовке статьи — метафора борьбы за рынок, на котором старый ритуал обретает новую коммерческую привлекательность.
Два материала дополняют друг друга. Vanity Fair рассматривает баню как растущий бизнес, а The Cut — как место с собственной культурой и людьми. Вместе они дают повод задуматься, что заставляет нас возвращаться в парную: качество пара, любимый ритуал, знакомые лица или сочетание всего этого.
Для нас в Resorto в этой истории особенно интересно, как традиция приобретает новые поводы для знакомства с ней. Один человек приходит за хорошим парением, другой — за компанию, третий замечает баню на страницах журнала. Так у старого места появляется новая публика, а у банной культуры — ещё одна глава.
